Общероссийское голосование – хуже выборов

В топку конституционного плебисцита брошен и Уголовный кодекс.

В законодательстве РФ пока нет понятия «общероссийское голосование», на которое власть 22 апреля выносит поправки к Конституции. Но уже есть инициатива – в ряде статей Уголовного кодекса (УК) нарушения в ходе плебисцита приравнять к электоральным преступлениям. Сам плебисцит электоральным мероприятием, похоже, считаться не будет. По крайней мере организовать его планируется по стандартам более низким, чем те, которые действуют для любых российских выборов.

Депутат Госдумы Павел Крашенинников и сенатор Андрей Клишас пошли по самому короткому пути. Они просто внесли термин «общероссийское голосование» в «выборные» статьи 141, 142, 142.1 и 142.2 УК.

Но остается непонятным, каким образом возможно расследовать в полиции и рассматривать в судах факты фальсификаций того процесса, который будет легитимирован на уровне не выше постановлений Центризбиркома. Кстати, таковые теоретически принимаются только в развитие существующих законодательных положений, но после 15 января, похоже, стало возможно все.

Остается, конечно, еще статья 2 президентского законопроекта о поправке к Конституции, которую предполагается расширить именно некими организационными нормами как раз для создания легитимной основы плебисцита 22 апреля. Но тут есть две проблемы. Во-первых, как уже не раз писала «НГ», наличие в самом проекте этой статьи с точки зрения конституционной процедуры не выглядит достоверно легитимным. Во-вторых, природа закона о поправке к Конституции такова, что он обладает ограниченно длящимся нормативным действием. То есть документ как бы уходит в архив после того, как все необходимые действия по изменению Основного закона произведены. И очень спорно, что правоприменителям вообще возможно будет ссылаться на этот акт.


Тем не менее Клишас и Крашенинников настаивают, что УК вполне можно приспособить к общероссийскому голосованию. А значит, можно штрафовать, например, на 200 тыс. руб. должностных лиц, которые не дадут гражданину необходимую информацию по плебисциту или в чем-то дезинформируют его. Или давать сроки до четырех или пяти лет за фальсификации, вброс бюллетеней или подкуп участников голосования. При этом обращает на себя внимания низковатое качество подготовки законопроекта. Ладно, что на него нет отзывов правительства и Верховного суда – в конце концов, этот недостаток в данном случае всего лишь технический. Хуже, что, скажем, в названии статьи 142 появится упоминание общероссийского голосования, а остальные три статьи почему-то обходятся без аналогичного уточнения.

Можно предположить, что причиной такой юридической небрежности является не только спешка. Напомним, что о необходимости наказывать фальсификаторов плебисцита на днях публично высказалась председатель Центризбиркома Элла Памфилова. И тот же Крашенинников пообещал, что это обязательно будет сделано. Правда, Памфилова просила еще и об изменениях в Кодекс об административных правонарушениях (КоАП), но о них пока ничего не слышно. Возможно, потому, что их применение было бы более массированным, а значит, вопрос о легитимности будущих протоколов возник бы неминуемо. А с поправками в УК вполне вероятна такая ситуация – они как бы есть, просто дел по ним не возникает. То есть сами эти поправки будут приниматься исключительно для проформы или, иначе говоря, в целях пиара.

И действительно, поскольку 22 апреля будут не выборы, то большая часть электоральных статей КоАПа не актуальна, а те, которые можно было бы применить и для плебисцита, в основном касаются самих избиркомов и прочих госорганов. Правила же общероссийского голосования, похоже, будут установлены такие, которые вызывают разнообразные подозрения. Например, движение «Голос» уже перечислило нормотворческие моменты, к которым вопросы есть прямо сейчас. Скажем, голосование на дому в течение тех трех дней, когда будет разрешено и досрочное голосование. Есть оговорка, что на это должны быть специальные решения региональных избиркомов. Что-то заставляет предположить, что в большинстве субъектов РФ так и будет сделано. При этом от гражданина не станут требовать предъявления уважительных причин для вызова урны для бюллетеней на дом. Но, с другой стороны, к нему в гости будет разрешено приходить и журналистам. Если человек, конечно, пустит их к себе в дом.

Будет действовать и система «мобильный избиратель», к которой в ходе президентской кампании 2018 года было немало претензий. В Москве, вполне возможно, заработает и дистанционное голосование, по которому в прошлом году проходили и суды. Составлять списки наблюдателей станут общественные палаты регионов, вокруг чего уже идет горячая дискуссия. И, наконец, странное решение по аккредитации СМИ. Она понадобится не только для того, чтобы присутствовать на подсчете результатов, но и в целом для работы журналистов на участках плебисцита. 
Добавить комментарий

Оставить комментарий

Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив